Очень удивилась, когда Саша подошел и спросил: «Анастасия Владимировна, а вы можете определить, что творится в моей голове?» Не ожидала, что он решится задать такой вопрос, хотела чуть позже сама подойти и поговорить с парнем. Мы познакомились семь лет тому назад, на уроке. За последним столом сидел мальчик, очень маленький, очень робкий и очень внимательный. Когда я раскрывала тему, он прямо так и ел меня глазами. Мало того, первым поднимал руку, когда делала опрос, вот только говорил еле слышно, опустив голову. Думаете, послушный тихоня? Как бы не так! Один из самых проблемных детей в классе. Кто убегал с уроков? Саша. Кто начинал вертеться и смеяться на контрольной? Саша. Придумывал бои без правил на перемене тоже он. И дома он доставлял немало проблем. Позвонит мама с работы, спросит, чем занимается сын. Отвечает, что делает уроки. А приходит мама вечером - на столе тетрадки без единой строчки домашнего задания, парня нет дома. И появляется он часов в 11. И ведь не обманывал, действительно разложил учебники на письменном столе и честно хотел взяться за уроки, но тут позвонил друг… И далее шла запутанная история, как шли, встретили еще друзей…
Мама, Светлана Васильевна, очень волновалась за сына. С одной стороны - робость и застенчивость, с другой - бравада. Мощное чувство противоречия: то он упрям, то хоть веревки вей, а главное - непредсказуем.
Саша подрастал, но мама не переставала беспокоиться. Мы не раз говорили с ней о Саше, о его странностях. Он родился в тяжелое для Светланы время: развод с мужем, она, беременная, вынуждена была взять за руку пятилетнюю дочку и уйти в неизвестность. Ликвидировано предприятие, где работала, нет жилья. Ни сил, ни соломинки, за которую можно уцепиться. Она не знала, что делать, но твердо решила, что ее дочь и нерожденный еще ребенок будут счастливы. Удалось снять комнату в квартире алкоголички... Не буду перечислять все бедствия, которые пережила эта женщина.
Родился сын, подрастала дочь. Мальчик был слабый и болезненный, все время плакал, словно пережитая мамой горечь впиталась в него. А через четыре года у Светланы были квартира, свое маленькое предприятие и даже муж. Все наладилось, только вот с Сашей проблемы…
Мы долго и не раз говорили со Светланой
Владимировной о тревожности ребенка, которая сформировалась еще до рождения, о чрезмерной маминой заботе. С первым она соглашалась, но второе… Да как можно не опекать сына? Он же может выбежать из дома без шарфа, забыть о еде, целый день бродить неизвестно где. Но все-таки решила попробовать. Саша сразу съехал на тройки-двойки, а мама впала в панику. Мы опять спорили. Нельзя мальчишке преодолеть тревожность, повысить само-
оценку, приобрести силу воли и чувство ответственности, когда каждый шаг контролируют родители. Света махнула рукой - будь что будет - и перестала одергивать и поучать сына. Когда Саша согласно кивал головой на мамину просьбу, она тут же спрашивала, а действительно ли он этого хочет. Вначале мальчик терялся, потом научился высказывать свои желания. Дух противоречия стал растворяться. Мама перестала ругать его за тройки, а через год парень стал приносить четверки. Света почувствовала, что враждебность сына, которую она нутром чувствовала, сменяется доверием. С враждебностью мы тоже долго разбирались. Свете трудно было понять, почему она, так его любящая, чувствует отчуждение ребенка. Я тогда с силой обняла ее, подержала пять минут в стесненной и неудобной позе, а потом спросила, насколько ей было
комфортно. И Света заняла позицию рядом с сыном, но на небольшом расстоянии.
Мальчик рос, а мама терпела, сдерживая себя, когда хотелось направить сына, уважая его мнение (на ее взгляд, в корне неправильное), воздерживаясь от замечаний.
Изменения начались не с той стороны, с какой ожидали: на невзрачного раньше Сашу стали обращать внимание девочки. И в самом деле, мальчик здорово похорошел, перестал опускать голову, сутулиться, начал говорить открыто, громко. 14-летний парнишка уже ничем не напоминал того ребенка, который бунтарил втихую.

Анастасия ТАЛИЦА.